Семейное дело Гориных

09:13 / 22.12.2019
808

Встретиться, как изначально планировалось, накануне Дня энергетика с династией атомщиков Гориных и за чашкой чая неспешно поговорить о деле их жизни не удалось. У заместителя начальника реакторного цеха Сергея Горина теперь горячая пора: станция готовится к пуску первого энергоблока, начался один из самых ответственных процессов – горячая обкатка оборудования, и он, что называется, днюет и ночует на работе.

– Конечно, ему сложно, – с пониманием и одновременно с гордостью за сына говорит отец, Владимир Горин. – Но вместе с тем – безумно интересно. В Балаково Сергей пришел на уже работающую атомную станцию молодым специалистом после окончания энергомашиностроительного факультета Санкт-Петербургского государственного политехнического университета. Работал оператором реакторного отделения, инженером по эксплуатации, ведущим инженером по управлению реактором. Работа, безусловно, очень ответственная – впрочем, на атомной станции других не бывает – но там все уже крутилось, работало. А здесь еще тот период, когда реактор можно, как говорится, облазить на коленках, где именно от тебя зависит, как это все будет крутиться. Это очень интересно – и не менее напряженно.

И сам собой возникает вопрос к зачинателю династии Владимиру Горину: не жалеет, что единственный сын выбрал такую неспокойную и ответственную работу? Нам ведь всегда хочется, чтобы детям было проще, легче, лучше…

– Сергей родился в городе энергетиков Новолукомле, подрастал в городе энергетиков Ровенской АЭС Кузнецовске, выходил во взрослую жизнь в городе энергетиков Балаково. И когда пришло время выбирать профессию, у него – как, впрочем, и у нас, родителей, – никаких раздумий и сомнений не было: конечно же, энергетика, и, конечно же, самое престижное ее направление – атомная! 

А вот у самого Владимира Горина с выбором дела жизни все было не так однозначно: путь сельского учителя географии из белорусской провинции до начальника учебно-тренировочного центра Белорусской атомной электростанции был долгим и извилистым.

IMG_3457.jpg

Владимир Дмитриевич родился в деревне Зазерье Пуховичского района, где на центральной экспериментальной базе Белорусского НИИ земледелия работали его родители. И, казалось бы, прямой путь ему в сельское хозяйство – этой дорогой, кстати, пошла его старшая сестра Татьяна, которая, как и родители, всю жизнь проработала в НИИ земледелия и стала доктором сельскохозяйственных наук.

А для Владимира огромным авторитетом был дедушка, много лет проработавший в школе. Он был уже на пенсии и много времени проводил с внуком: занимался с ним, брал на прогулки, разговаривал обо всем на свете. И Володя решил, что самая лучшая профессия на свете – учитель! И поступил в Минский пединститут. После его окончания стал работать учителем географии в Новолукомльской СШ №1. Потом была армия, а когда парень «отслужил, как надо, и вернулся», оказалось, что его место в школе уже занято. И ему предложили «повышение»: должность директора в сельской восьмилетке.

Может, он так бы и работал всю жизнь учителем – тем более, что и в жены выбрал коллегу, преподавателя русского языка и литературы красавицу Людмилу. Но пресловутый квартирный вопрос заставил кардинально изменить направление жизненного пути. У них родился сын, а жить молодой семье было негде, и перспектив не предвиделось: квартир учителям в то время никто не предлагал, а строить дом за учительскую зарплату было по меньшей мере авантюризмом.

DSC01321.jpg

И в то же время в Советском Союзе в 70-ые годы разворачивалось много грандиозных строек, где требовались рабочие руки – а за ударный труд предлагались достойные зарплаты и, главное, – жилье. Друзья, работающие на Лукомльской ГРЭС, посоветовали обратить внимание на стройки атомных электростанций. Владимир выбрал Ровенскую…

Не страшно ли было бросить все и уехать за тридевять земель с молодой женой и маленьким сыном? – переспрашивает Владимир Дмитриевич. И честно отвечает:

Конечно, страшно! У меня была работа, которая нравилась, какая-никакая стабильность, родные, друзья. А там – полная неизвестность. Но бездействовать было еще страшнее… Я был молодым энергичным человеком, и трудности, хоть и пугали, но не становились непреодолимым препятствием.

Он положил свой диплом о высшем образовании на полочку – и стал осваивать рабочую специальность в химическом цеху Ровенской АЭС.

– Пришлось много работать и одновременно учиться,  вспоминает те годы Владимир Дмитриевич. – Но это не пугало, наоборот – радовало, «заводило»! Я нисколько не жалею, что тогда сделал, по мнению многих, такой необдуманный и рискованный шаг.

Так из учителя географии Владимир Горин переквалифицировался в специалиста атомной энергетики. Он участвовал в пуске и освоении мощностей двух энергоблоков Ровенской АЭС.

Сбылась и их семейная заветная мечта: они получили первую в своей жизни благоустроенную квартиру в молодом городе энергетиков Кузнецовске.

А потом судьба снова сделала резкий поворот – и Горины уехали в Балаково Саратовской области. Балаковская АЭС стала не только очередным этапом на жизненном пути Горина-старшего, где он участвовал в строительстве и пуске четырех энергоблоков, но и началом атомной карьеры сына Сергея. Да и жена Людмила внесла свой вклад в семейное дело: она, как и супруг, переучилась и долгое время работала в технической инспекции атомной станции. Кстати, жена Сергея Юлия – тоже «атомщица»: она работает на Белорусской АЭС в отделе обучения.

IMG_2114.jpg

Когда было принято решение о строительстве в Беларуси атомной электростанции, Горины решили: пора возвращаться на родину. И в числе первых сотрудников тогда еще дирекции строительства Белорусской АЭС в 2008 году приехали в Островец.

За эти годы наш тихий уютный городок, по признанию Гориных, стал для них родным. Здесь у них уже появились любимые места для семейного отдыха и друзья. В Островце родилась и уже пошла в школу внучка Лиза – радость и отдушина бабушки и дедушки. И хотя ей пока рано определяться с будущей профессией – девочка учится во втором классе СШ №1, но старшие Горины не исключают возможности, что Лиза продолжит семейное дело: математику, как и папа, она любит, и, как показывает опыт, в том числе и ее бабушки Людмилы и мамы Юлии, в атомной энергетике есть место и женщинам. 

Не могла не спросить я у Гориных и о так называемом чернобыльском синдроме, из-за которого многие белорусы весьма настороженно относятся к атомной энергетике. А им, работавшим в то время, когда все произошло, на атомной станции, не страшно было? Не хотелось сменить профессию на более спокойную – ведь запасной вариант в виде учительских дипломов был.

– Страшно ли было? – переспрашивает Владимир Горин. И признается: – Наверное, да. Было ли желание еще раз сменить профессию? Честно – нет. Хотелось работать более профессионально, надежно и ответственно, чтобы люди избавились от этого страха. Ведь пугает неизвестное, и «чернобыльский синдром», по моему мнению, породила не столько сама авария, сколько отсутствие правдивой информации о ней со стороны руководства страны, средств массовой информации. И теперь этот страх, который сидит, наверное, уже в подсознании, очень сложно искоренить. Любая информация, от каких бы авторитетных специалистов она ни исходила, подвергается сомнению. Никто не стремится вникнуть в подробный доклад МАГАТЭ о причинах этой катастрофы. Кого из простых людей интересуют сложные технические подробности аварии? Достаточно того, что она была – и все! И что бы кто ни говорил – ответ один, непробиваемый ничем: «Я вам не верю!» Только безаварийной, безопасной и надежной эксплуатацией нашей станции мы сможем вернуть доверие людей, иного не дано. 

…Владимир и Людмила Горины, которые вместе уже 40 лет, несмотря на то, что давно и безвозвратно ушли из педагогики, считают своим праздником День учителя – это дань молодости и профессии, которую оба искренне любили.

И все же их самый главный семейный праздник – День энергетика.

С которым мы искренне поздравляем не только их династию, но и всех, кто, как Прометей, избрал своим делом жизни нести свет людям.

Оставить комментарий
Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений